Все мы знаем, что достаточно много государств за свою историю в 20-м веке в отдельные периоды управлялись военными. Именно кадровыми военными.
На слуху естественно, генерал Пиночет (Чили), генерал Франко (Испания), менее известный парагвайский генерал Альфредо Стресснер (правил в Парагвае в 1954 по 1989 гг) и другие.
Возможна ли такая ситуация в России? То есть теоретически могут ли именно кадровые военные прийти во власть и управлять Россией? Именно как самостоятельная независимая сила.
Попробуем разобраться.
1) Для начала надо понять, что любой руководитель высшего звена — это человек властолюбивый.
Система властной иерархии устроена так, что карьеру в ней может сделать только человек властный (даже на физиологическом уровне получающий удовольствие от власти, то есть руководства другими людьми, и достаточно амбициозный).
Это правило действует, как для обычных бюрократов-чиновников, так и для кадровых военных.
С этим пунктом у военных полный порядок.
Безусловно кроме властолюбия и умения эффективно руководить лицо, облаченное высшей властью, должно иметь харизму. Харизма очень зыбкая ускользающая вещь, связанная в том числе с подсознательной природой народного менталитета. Очень часто бывает: вот два примерно одинаковых руководителя, но один обладает харизмой, а второй нет. Один нравится народу — второй, хоть тресни, не нравится.
В принципе народ у нас на генетическом уровне питает любовь к военным, поэтому достаточно часто высшие военноначальники имеют харизму. Яркий пример — генерал Лебедь.
То есть и со вторым пунктом у военных порядок.
3) Однако есть у наших русских военных пунктик, который однозначно является очень полезным для военного дела, и за счет этого русская армия всегда являлась и является грозной силой, но в деле высшего политического руководства этот пунктик вырастает в огромнейшее препятствие для вхождения в самый верх власти.
Этот пункт-фактор: независимость, свобода в принятии решения.
Поясню, что я имею ввиду.
Русская армия буквально пропитана железным неукоснительным принципом — «выполнить приказ, во чтобы то ни стало, любой ценой». Начиная с первого дня службы рядовой погружается в обстановку, где главенствует «его величество приказ» от восхода до заката — от команды «Подъем!» до команды «Отбой». Даже строевая подготовка направлена на то, чтобы из толпы молодых мужиков сделать боеспособное дисциплинированное воинское подразделение. И это распространяется от рядового до генералов.
Высокая воинская дисциплина и неукоснительное выполнение приказов вышестоящего руководства — одни из столпов, которых держится высокая боеспособность русской армии. Но одновременно это приводит к тому, что люди склонные к самостоятельности и свободе в принятии решений в армии отсеиваются проходя вверх по иерархической карьерной леснице.
Поэтому в России военные в политической жизни всегда «ведомые», а не «ведущие» — как политическая фигура военный всегда идет в связке с другой «более важной» политической фигурой, которая и задает основную политическую линию.
4) Если углубиться в историю России, особенно в её турбулентные моменты, когда власть переходит от одной силы к другой, то переподчинение высших военных другой власти всегда воспринимается как предательство (но не всегда это афишируется), например переход Грачева на сторону Ельцина в 1991 г.
То есть любое самостийное переподчинение высших военных в России воспринимается как предательство, что заведомо означает несамостоятельность военных в глазах народа.
Вывод: в России приход военных к высшему руководству маловероятен.
Georg Karr
https://aftershock.news
RussiaPost.su Глобальная политика